— Давайте поскорее накормим моих сорванцов, — поспешно проговорила она и первой вышла из ванной.

Мальчики уже сидели за столом, на котором стояли четыре прибора, а в центре — блюдо с сыром и яблоками. Довершала сервировку корзинка с солеными крекерами. На газовой плитке, распространяя аппетитный запах, шипела сковородка с чили.

Пирс разложил кушанье по тарелкам, и Алисия понесла их к столу. Он предупредительно отодвинул стул, чтобы она могла сесть. В это время у нее в желудке предательски заурчало, и Пирс рассмеялся:

— Похоже, проголодались не только ребята. Алисия смущенно улыбнулась:

— У меня сегодня не было возможности поесть.

— Она всегда так говорит, — вмешался Дэвид, — а сама нарочно не завтракает и не обедает — боится потолстеть.

— Ага, — отозвался Адам, уже успевший набить рот крекерами. — И еще каждое утро делает упражнения вместе с девчонкой, что показывают по телевизору. Представляете, ложится на пол и начинает выделывать всякие штуки. Она так старается, что даже иногда язык высовывает! — И малыш скорчил забавную гримасу, невольно заставившую Пирса улыбнуться.

Алисии захотелось удушить младшего сына собственными руками.

— Ешьте побыстрее. Мы должны вернуться в наш коттедж, — произнесла она подчеркнуто строго.

— А разве нам нельзя здесь остаться? — жалобно спросил Дэвид.

Алисия взглянула на сына с молчаливым, но весьма красноречивым укором.

— Нет, Дэвид. Мы не можем обременять мистера Рейнольдса.

— Но мы ведь вам совсем не мешаем, правда? — простодушно спросил Адам.

Пирс взглянул на Алисию, сидевшую напротив.

— Нет, не мешаете. Я вот что подумал… Я ведь могу пойти туда один и оставить записку для вашего мужа. Он сможет присоединиться к нам, когда приедет.

— Какого еще мужа? — На лице Дэвида было написано неподдельное изумление.